Яблочко от яблоньки или зачем нужен психолог в детском саду?

Вопрос – посещать ребёнку детский сад или нет – имеет множество ответов, и размышления – вести или не вести – я оставляю родителям. Мой опыт относится к тем малышам, которые посещают садик.

Начну с адаптации. У малышей она проходит по-разному, длительность её колеблется от двух недель до полугода и зависит от ряда факторов:

Факторы адаптации ребенка в детском саду

• насколько слаженно и профессионально действует коллектив сотрудников садика;
• есть ли взаимодействие между воспитателями и родителями;
• поддерживают родители или саботируют (часто – неосознанно) процесс адаптации;
• способствует ли домашняя обстановка и метод воспитания адаптации вне семьи.

Я сознательно расположила факторы по степени значимости от меньшего к большему, потому что, на мой взгляд, процесс адаптации ребёнка в детском саду – это отражение ситуации дома, где главную роль играют родители.

В период адаптации родители могут замечать необычные проявления и реакции малыша на посещение детского сада:

Реакции ребенка на посещение детского сада

•      нарушение аппетита и сна;
•      возникновение новых эмоциональных реакций (истерики, капризы, замкнутость, агрессия);
•     изменение в коммуникационной, игровой, двигательной и ориентировочной активности.

Адаптация считается лёгкой, если в течение от двух недель до месяца все эти «сюрпризы» сглаживаются и исчезают.

По завершении процесса адаптации у малыша начинаются трудовые будни. Ежедневно ребёнок получает представление о распределении ролей в коллективе, учится быть самостоятельным, дисциплинированным, проходит процесс социализации и обучения.

Я хочу остановиться на самых важных моментах своей работы в детском саду и описать некоторые интересные случаи. Надеюсь, это поможет родителям разобраться, зачем же нужен психолог в детских дошкольных учреждениях.

Моя основная задача – обеспечить психическое здоровье малыша во время его пребывания в детском саду. Это означает, что я помогаю ребёнку пройти процесс адаптации, участвую в интеллектуальном, эмоционально-волевом и коммуникативном развитии.

Казалось бы, с интеллектуальной частью всё просто – тут существует целая батарея диагностических методик и нормативов, которые позволяют довольно быстро определить соответствие уровня развития малыша его возрасту. Просто, да не очень.

Интеллектуальное развитие ребенка

Малыш О., 2,5 года. Исходя из информации входной анкеты (заполняется родителями), дома демонстрирует чудеса интеллекта – знает цвета и формы, называет предметы, собирает простые паззлы.

В ходе диагностики отмечаю, что на все большинство вопросов малыш отвечает правильно, но делать задания отказывается наотрез: цвета и формы называет правильно, а выбрать нужный цвет или показать предмет заданной формы не хочет – отворачивается, отвлекается. Общаюсь с мамой, выясняю, как обстоят дела с занятиями дома.

«Он у нас очень ленивый. Всё знает, а делать ничего не хочет».

Спрашиваю, как она определила лень малыша.

«Ну а что, я уже пять раз собрала-разобрала паззл, сложила фигурки по цветам и формам, а он всё думает!», - переживает мама.

Этот ответ многое прояснил: зачем ребёнку напрягаться и делать что-то самому, если мама всегда всё сделает за него. Тут, вероятно, сыграла злую шутку разница в темпераменте: мама – быстрая, порывистая, ей тяжело несколько раз спокойно объяснять и ждать от ребёнка реакции – проще сделать самой. Малыш – медленный, ему требуется больше времени на размышление и выполнение заданий, куда уж ему успеть за своей нетерпеливой мамойJ Это осознавание, кстати, позволило маме О. заметить темп жизни своего малыша и перестать ожидать от него молниеносной реакции. Со временем О., в своём неторопливом ритме, включился в интеллектуальную деятельность. Лентяем его больше не называют.

Эмоционально-волевая и коммуникативная сфера

Развитие эмоционально-волевой и коммуникативной сферы – важная задача детей дошкольных учреждений.

Малышка А., 2 года 4 месяца на адаптационный период реагировала очень эмоционально – каждый приход в сад сопровождался истериками и падением на пол. Кроме того, она произносила множество слов, ни одно из которых нельзя было разобрать. Я долго пыталась выяснить, что детёныш имеет в виду, пока не пронаблюдала процесс взаимодействия с мамой.

А. Приходит в детский сад и сразу начинает кричать, плакать и падать. Мама быстро хватает её на руки со словами: «Да, я знаю, тебе тут плохо, ты тут немножко побудешь, и я заберу тебя домой. Там игрушки, там папа и бабушка, ну потерпи немножко». Прошу маму немного поговорить с А. – хочу определить, как процесс коммуникации налажен дома. «Ляля просит, чтобы мы поговорили», - сообщает мама А. Ляля – это, видимо, я.

«Давай возьмём Пи-Пи, это доченька Ко-Ко». Пи-пи и Ко-ко оказались, конечно, игрушечными цыплёнком и курочкой; у малышки не выработался навык называть вещи правильными названиями, вместо этого она пользовалась звуками, которые у её мамы вызывают ассоциации на данный предмет.

Мне важно, чтобы малыш научился выражать свои чувства приемлемым для общества образом.

Когда Малыш И., 4 года., на мой вопрос: «Какое у тебя сегодня настроение?» (я всегда начинаю занятия с тестирования состояния ребёнка, давая ему выбор из нескольких чувств), регулярно отвечает «Я злой, как Ниндзяку!» и отворачивается, скрещивая руки на груди, я понимаю, что красная лампочка «Тревога!» уже вовсю горит над его головой. Дальнейшее наблюдение показывает: малыш отказывается заниматься со всеми, хотя иногда заглядывает в комнату для занятий, отрицательно отвечает на просьбы старших, играет в одиночестве. Мама рассказывает, что он даже иногда её бьёт. После расспросов я выяснила, что малыш полтора месяца не видел маму и четыре – папу. Это время он прожил у бабушки, потому что семья проживала в зоне проведения военной операции. Сочувствуя ребёнку, бабушка баловала его подарками и никак не реагировала на необычное поведение, предпочитая дождаться родителей. В результате страх новой потери родителей сделал малыша агрессивным и замкнутым.

Отклонение от нормы, интеллектуальной, эмоционально-волевой или коммуникативной, насколько вообще уместно говорить о норме в психологии, подразумевает разработку психокоррекционных мероприятий, которые дают прекрасные результаты, если происходит чёткое и осознанное взаимодействие родителей, воспитателей и психолога детского сада. Поэтому, когда родители просят, «сделать, что-то, чтобы ребёнок стал нормальным», я всегда интересуюсь «нормами» самих родителей, ведь «яблочко от яблоньки недалеко падает».