Даосские притчи.

даосские притчи В старину жил один проповедник, учивший, как познать путь к Бессмертию. Царь послал за ним, но посланец не спешил, и тот проповедник умер.
Царь сильно разгневался и собрался было казнить посланца, когда любимый слуга подал царю совет:
- Люди более всего боятся смерти и более всего ценят жизнь. Если уж сам проповедник утратил жизнь, то, как же он мог сделать Бессмертным царя. И посланца пощадили.
Некий Бедняк тоже хотел научиться Бессмертию и, услыхав, что проповедник умер, стал бить себя в грудь от досады. Услышал об этом Богач и принялся над ним смеяться:
- Сам не знает, чему собрался учиться. Ведь тот, у кого хотели научиться Бессмертию, умер. Чего же он огорчается!
- Богач говорит неправду, - сказал Хуцзы.
- Бывает, что человек, обладающий средством, неспособен его применить. Бывает также, что способный применить средство им не обладает.
Некий вэец прекрасно умел считать. Перед смертью он передал сыну свой секрет в виде притчи. Сын слова эти запомнил, а применить их не сумел. Он передал слова отца другому человеку, который у него спросил. И тот человек применил секрет не хуже, чем это делал покойный. Вот так и с Бессмертием. Разве умерший не мог рассказать о том, как познать путь к Бессмертию?


даосские притчи Некий писец не мог ни есть, ни спать: он опасался, что небо обрушится, а земля развалится и ему негде будет жить. Опасения эти опечалили другого человека, который отправился к нему и стал объяснять:
- Почему ты опасаешься, что обрушится небо? Ведь небо - это скопление воздуха. Нет места без воздуха. Ты зеваешь, дышишь и действуешь в этом небе.
- Но, если небо действительно скопление воздуха, то разве не должны тогда упасть солнце, луна, планеты и звезды? - спросил его писец.
- Солнце, луна, планеты и звезды - это та часть скопления воздуха, которая просто блестит. И если бы они даже упали, то никому бы не причинили вреда.
- А если земля развалится?
- Почему ты опасаешься, что земля развалится? Ведь земля - это скопление твердого тела, которое заполняет все четыре пустоты. И нет места без твердого тела. Ты стоишь, ходишь и действуешь на земле. Услышав это, писец успокоился и очень обрадовался.
Объяснявший ему тоже успокоился и тоже обрадовался.
Услышав об этом, учитель Мо усмехнулся и сказал:
- Радуга простоя и двойная, облака и туман, ветер и дождь, времена года - эти скопления воздуха образуют небо. Горы и холмы, реки и моря, металлы и камни, огонь и дерево - эти скопления твердого тела образуют землю. Разве познавший, что небо - это скопление воздуха, и познавший, что земля - это скопление твердого тела, скажет что они не разрушатся? Ведь в пространстве небо и земля - вещи очень мелкие, а самое крупное в них - Бесконечно и неисчерпаемо. И это очевидно. Опасность их разрушения относится к слишком далекому будущему, но слова о том, что они никогда не разрушатся, также неверны. Поскольку небо и земля не могут не разрушиться, они обязательно разрушатся. И разве не возникнет опасность, когда придет время их разрушения?
Услышав об этом, Лецзы усмехнулся и сказал:
- Те, кто говорит, что небо и земля разрушатся, ошибаются. Те, кто говорит, что небо и земля не разрушатся, тоже ошибаются.
Разрушатся или не разрушатся - я не могу этого знать. Ведь живым не дано знать, что такое мертвые, а мертвые не знают, что такое живые. Приходящие не знают уходящих, а уходящие не знают приходящих.
Так зачем нам тревожиться и думать о том, разрушатся небо и земля или не разрушатся?


даосские притчи Наступило время весеннего разлива.
Сотни потоков влились в Хуанхэ. Разлив ее был так велик, что с одного берега реки нельзя было отличить лошади от коровы на противоположном берегу.
И тогда дух Хуанхэ восторженно обрадовался самому себе, считая, что красота Поднебесной достигла в нем своего предела.
Следуя течению, он поплыл на восток и достиг океана. Посмотрев вокруг, он увидел, что нет воде конца. И тогда он стал вертеть головой по сторонам, а затем с уважением посмотрел на океан и, вздохнув, сказал:
- В народной поговорке говорится: "Наслышался много о дао и уже считает, что нет равного ему", - это сказано обо мне. К тому же я слышал когда-то людей, которые пренебрегали знаниями. Тогда я им не поверил, но теперь, когда я увидел твою беспредельность, я убедился в их правоте. Если бы я не пришел к твоим воротам, то мне грозила бы опасность еще долго быть посмешищем в глазах постигших дао.
Дух Океана сказал:
- С лягушкой, живущей в колодце, нельзя говорить об океане: она слишком привязана к своей дыре. С насекомым, живущим только одно лето, нельзя говорить о зимней стуже; оно ограничено временем своей жизни. С ограниченным грамотеем нельзя говорить о дао; он скован своим образованием.
И только теперь, когда ты вышел из своих берегов и увидел великий Океан, ты узнал свое ничтожество, и с тобой можно говорить о Великом Законе.
В Поднебесной нет воды большей, чем Океан. Сотни рек вливаются в него, а он никогда не переполняется. Его вода выливается через огромное отверстие в земле, и неизвестно, когда перестанет, а он не иссякает. Океан не меняется ни весной, ни осенью и не знает, что такое наводнение или засуха. Его превосходство над потоком вод Янцзы и Хуанхэ не поддается ни измерению, ни подсчету, однако, я никогда не считал себя огромным, так как я сравнивал свои размеры с небом и землей, а жизненную силу получал от инь и ян. Между небом и землей я как камешек или деревце на большой горе. Видя, как я мал среди существующего, разве могу я считать себя огромным?
- В таком случае могу ли я считать небо и землю самым большим, а кончик волоска - самым маленьким? - спросил дух Хуанхэ.
- Нет! - ответил дух Океана. - Ведь размеры вещей безграничны, время никогда не останавливается, судьба не постоянна. Поэтому человек, обладающий великими знаниями, одинаково смотрит на далекое и близкое, малое не считает ничтожным, а большое - огромным, так как знает, что размеры вещей относительны. Он доказывает, что настоящее и прошлое - это одно и тоже, и поэтому не тоскует по далекому прошлому и не пытается схватить близкое настоящее, так как знает, что время никогда не останавливается. Он исследует полноту и пустоту и поэтому, обретая, не радуется, теряя, не печалится, так как знает, что судьба не постоянна. Он ясно понимает путь и поэтому не радуется своему рождению и не считает несчастьем свою смерть, так как знает, что конец и начало сменяют друг друга.
Учти также, что немногое известное человеку не сравнится с тем, что ему не известно, и что краткое время его жизни не сравнить со временем его небытия. Поэтому тот, кто при помощи крайне малого пытается определить пределы крайне большого, непременно впадает в заблуждение. Если исходить из такого взгляда, то как же можно знать, достаточно ли кончика волоска, чтобы определить границу крайне малого; как же можно знать, достаточно ли неба и земли, чтобы исчерпать пределы самого великого?
- Где же искать грань между ценным и ничтожным, большим и малым -вне вещей или внутри них самих? - спросил дух реки.
- Если смотреть на это, исходя из дао, то вещи не ценны и не ничтожны. Если смотреть на это, исходя из вещей, то сами они считают себя ценными, а других ничтожными. Поэтому говорить: "Последуем истине и отринем ложь, последуем порядку и отринем беспорядок", - значит не понимать принципа неба и земли и закона всех вещей. Это все равно, что признавать небо и отвергать землю, признавать начало инь и отвергать начало ян. Ясно, что так делать нельзя. А тот, кто упорствует в подобных высказываниях, тот если не дурак, то лжец.
Познав действие небесного и человеческого, укоренимся в небесном и обретем должное нам. Идя вперед, склонимся перед круговоротом. Возвращаясь к основе, будем говорить о Великом Пределе.
- Что называется небесным? Что называется человеческим?
- У буйволов и коней по четыре ноги - вот что такое небесное. Узда на коне, кольцо в носу у буйвола - вот что такое человеческое.
Дух реки сказал:
- В мире любители рассуждать говорят: "Мельчайшее лишено формы, величайшее нельзя охватить". Это верно?
- Если от мелкого смотреть на крупное, оно кажется беспредельным, -ответил дух Океана. - А если от крупного смотреть на мелкое, оно кажется незаметным. Так они различны в том, чем они являются друг для друга. Ведь и тонкое, и грубое появляются от того, что имеет форму. Бесформенное же нельзя установить делением, необъятное нельзя исчерпать счетом. То, о чем можно поведать словами - грубая сторона вещей. То, что можно постичь мыслью -тонкая сторона вещей. То, о чем нельзя поведать словами и что нельзя постичь мыслью, не относится ни к грубому, ни к тонкому. Дух Хуанхэ спросил:
- Что же мне делать и чего не делать? Что мне отвергать и что принимать? К чему мне стремиться, отчего бежать? Как же мне, в конце концов, быть?
Дух Океана ответил:
- Жизнь вещей - как скачущий конь. Ни малейшего движения без превращения, ни мгновения без перемен. Что делать? Чего не делать? Пусть все превращается само собой.


Оценка публикации
  нравится публикация?  

Бесплатная рассылка интересностей!

 
Комментарии к "Даосские притчи."

ещё нет комментариев...


Чтобы прокомментировать, авторизируйтесь или пройдите регистрацию!
qr